23 января 2016

«Россия пока еще заметна на научной карте мира»

Владимир КнягининМы рискуем выпасть из группы стран-лидеров научной сферы, если российская наука не будет реформирована в ближайшие несколько лет. Подробнее – в разговоре с экспертом по инновационному и научно-технологическому развитию, Председателем Правления Фонда "ЦСР "Северо-Запад", Владимиром Княгининым.

Источник: Информационное агентство "1-LINE" 

- Владимир Николаевич, сегодня управляющие наукой органы предпринимают попытки её реформирования. Оценки состоянию даются самые разные: от алармистских – «российская наука утратила связь с миром и с реальностью» до усыпляющих бдительность – «у нас свой путь». Что происходит в реальности? Какие времена переживает наша наука сегодня, и какое будущее её ждет?

- Здесь две новости: хорошая и плохая. Хорошая заключается в том, что Россия пока еще заметна на научной карте мира, плохая – в том, что происходит это, к сожалению, за счет значительного объема финансовых вливаний в науку и большой занятости в этой сфере, сохраняющейся с советских времен. Мы все еще в клубе крупнейших инвесторов и в числе крупнейших научных рынков труда в мире, но уровень нашей продуктивности низкий, а те направления исследований, которые Россия унаследовала от Союза, утратили актуальность, по новым же направлениям – волнующим мир - мы пока не растем. В этом смысле, мы действительно оторваны от мира.

 

Источник: Фонд «ЦСР» по данным Battelle, R&D Magazine, International Monetary Fund, World Bank, OECD.

- Чем это чревато?

- У нас серьезный риск вывалиться из группы лидеров. Если мы посмотрим на научную карту, мы увидим огромную Америку, большие Китай и Японию, приблизительно сопоставимые Германию и Южную Корею, внушительные Францию и Великобританию, затем - Россию, которая, может быть, чуть больше Канады, и дальше, по убывающей, другие страны. Но это пока. Если будет сохраняться советская инерция, карта может достаточно быстро измениться.

- Мы говорим о том, что наша наука оторвана от мировой. Что, в таком случае, происходит с международным сотрудничеством? Насколько Россия вовлечена в транснациональные проекты? Насколько нам сегодня понятен язык мировой науки?

- За интегрированностью российской науки в глобальную систему исследований и разработок следят и наши, и зарубежные исследователи. Они фиксируют, что Россия сегодня входит в число стран-лидеров по участию в международных исследовательских коллаборациях. Происходит это, правда, прежде всего, благодаря проектам, созданным десятилетия назад: в сфере физики, космоса и т.д. Мы участвуем, например, в таких международных проектах, как ITER (термоядерный реактор), Большой адронный коллайдер, МКС и пр., но не задействованы, например, в проекте Human Brain Project (исследование мозга), проекте «Геном человека».

Международные проекты большой науки*:

Проекты большой науки

Участие России

1

Square Kilometre Array (крупнейший радиотелескоп в мире)

Нет

2

ITER (термоядерный реактор)

Да

3

Большой адронный коллайдер

Да

4

Международная космическая станция

Да

5

Human Brain Project (исследование мозга)

Нет

6

E-Elt – European Extremely Large Telescope (крупнейший телескоп, 42 м)

Нет

7

European XFEL – Европейский рентгеновский лазер на свободных электронах

Да

8

Проект «Геном человека» (здесь сложно отнести к megascience ввиду отсутствия большой стройки и одного объекта – это очень распределенный по миру проект)

Нет

9

Human Proteom (перепись белков)

Да

10

X-Ray Free Electron Laser

Да

11

Комплексная программа океанского бурения

Нет

12

Mars Science Laboratory

Нет

13

Thirty Meter Telescope, TMT (крупнейший американский телескоп, 30 м)

Нет

14

Compact Linear Collider, CLIC (электрон-позитронный коллайдер на 3 ТэВ)

Да

15

International Linear Collider, ILC (электрон-позитронный коллайдер на 500 ГэВ)

Да

16

FAIR – Европейский центр по исследованию ионов и антипротонов

Да

17

Majorana – измерение массы нейтрино

Да

18

James Webb Space Telescope, JWST (орбитальная инфракрасная обсерватория)

Нет

* Крупные национальные проекты не включены (например, американский NIF и другие), также не включены недавно завершенные проекты (например, Census of Marine Life и другие).

Если же говорить об эффективности и масштабности нашего участия, то российский научно-технологический сектор, скорее, полупериферия международного: по приоритетам исследований и разработок мы существенно отличаемся от стран Организации экономического сотрудничества и развития (в ОЭСР сегодня входят 34 государства, в том числе США и большинство стран-членов ЕС). Такое положение вещей свидетельствует о необходимости быстрых перемен.

- Дискуссии последних лет о переменах породили массу вопросов: каково место российской науки в мире, в чем наши преимущества и слабые стороны, какой должна быть структура нашей науки, как финансировать научную сферу и т.д. Какой из них ключевой, на Ваш взгляд?

- Если пользоваться Вашей терминологией, то это вопрос о структуре. Мы сегодня видим, что назрел момент, когда наука, технологии и инновации в России должны стать единым сплавом. Старую структуру, предполагавшую некоторое автономное существование ученых, мы унаследовали после Второй Мировой войны – по этому пути тогда шли разные страны: в том числе, США и СССР. Попытки объединить, безусловно, были: многие помнят советские научно-производственные объединения, например. Но барьер, разделяющий сферы, все же существовал. В последние 10-20 лет одна из ключевых задач для развитых стран - снять этот барьер, чтобы сократить время движения от идеи к полезному продукту. Для этого они формируют специальный комплексный институт «наука, технологии, инновации» (STI - Science, Technology and Innovation). Научно-технологическая политика STI ориентирована на то, что наука выступает рыночным институтом и, так же, как технологии и инновации, представлена на глобальном рынке. Основные лидеры сегодняшнего дня STI в мире: США, Япония, ЕС, Южная Корея.

Надо сказать, что нынешние лидеры не всегда шли впереди, и их путь к лидерству тоже не был безболезненным. Часть стран, переходя к научно-технологической политике STI (Science, Technology, Innovation - наука, технологии, инновации), прошла реформы в 90-е гг., кто-то начал этот процесс в 2000-е, теперь наша очередь. Мы не сможем скопировать чужой опыт - у нас другая структура экономики, другие игроки, другая организация научной сферы - но общее движение, которое мы должны осуществить, лежит, на мой взгляд, в этом русле.

Автор статьи: Зоя Милославская